Снимаем любительский кинофильм


Литературный сценарий - часть 2


Оркестр гремит, фальшивя всеми инструментами. Один Люлек играет на рояле без ошибок, но с такой силой, будто хочет его разломать.

Ритм, ритм, ритм делает свое. Пары вытягиваются в длинное шествие, немного как марионетки, вздрагивая и наклоняясь, дви­гаются одна за другой, одинаковые в движениях, смотрящие впе­ред невидящими глазами.

Постепенно с движением полонеза и спешащей за ним толной все приближаются к выходу, зал пустеет. Когда зал уже полно­стью опустел, между столиками вдруг появляется Пененжек, помя­тый и растрепанный, еще пьяный, несмотря на несколько часов сна, на заплетающихся ногах, жестикулируя в ритм полонеза, кривляясь и гримасничая, марширует по опустевшему паркету вслед за всеми.

Те уже в вестибюле. Светает ясный день. Старый, едва дер жащийся на ногах от усталости, гардеробщик торопливо откры­вает настежь дверь. Танцующие под звуки все отдаляющегося оркестра сонно выходят во двор.

День обещает быть отличным. Небо прозрачное, голубое, на горизонте слегка затянуто розовой дымкой.

Воздух чистый и холодный. Рыночная площадь пуста.

Котович минуту в восхищении:

«Великолепно! Небывало!»

Вдруг кричит во весь голос: «Да здравствует Польша!»

Секунду длится тишина. Пара голубей вспорхнула с крыши гостиницы. Потом очень далеко, где-то между обгоревших руин заблудившееся эхо отвечает: «Польша!»

 

Режиссерский сценарий

 

Сцена 94. Натура. Улица.

 

 

Кадр 319. Укрупненный. 3 метра. Хельмицкий стоит неподвижно. Смотрит еще раз на часы. Медленно двигается на аппарат.

 

 

Кадр 320. Полусредний. 4 метра. Перспектива улицы. Далеко в глубине стоят два солдата, курят. В кадр входит Хельмицкий. Замечает их, двигается вправо. Выходит из кадра. Солдаты стоят, не обращая на него внимания.

 

 

Кадр 321. Средний. 3 метра. Перекресток улиц. В кадр входит Хельмиц­кий. Идет от аппарата.

 

 

Кадр 322. Укрупненный. 2 метра. Угол дома. Хельмицкий выходит из-за него. Мгновенно останавливается.

 

 

Кадр 323. Общий. 5 метров. На расстоянии нескольких десятков шагов от себя Хельмицкий видит трех солдат с автоматами, идущих по середине улицы.

 

 

Кадр 324. Укрупненный. 3 метра. С движения. Хельмицкий быстро отворачи­вается. Крепко обхватывает одной рукой портфель. Другая инстинктивно тянется за револьвером.

Голос за кадром: «Стой!»

 

Кадр 325. Полусредний. 10 метров. В этот момент сильный удар сдавливает ему дыхание. Падает на колени. Дергает­ся, роняет портфель.

Слышны выстрелы и стук подкованных сапог.

 

(Аппарат быстро опускается вниз.) Над стоящим на коленях развевается огромный бело-красный флаг. Хельмицкий старается подняться, но падает на землю. Кадр 326. Средний немного сверху. Я метра. Хельмицкий лежит на спине неподвижно. В лужах воды отражается небо и высоко развевающийся флаг.

 

Сцена 95. Железнодорожный вокзал

 

Кадр 327. Средний. 20 метров. Перрон вокзала. Масса советских солдат в полном снаряжении. Гражданские с че­моданами и тюками. (Аппарат движется, приближаясь к Кристине до укрупненного плана.) Кристина беспокойно осматривает­ся. В глубине, за ее спиной, проходит по-езд. Это транспорт орудий в чехлах. На открытых платформах сидят солдаты. Кристина оглядывается. Пар паровоза заслоняет ее лицо.

Играет гармошка.

Сцена 96. Натура. Улица.

 

Кадр 328. Укрупненный. 3 метра. Один из солдат обыскивает карманы ттальто Хсльмицкого. Вынимает завядшие фиалки, отбрасывает их в сторону.

 

Кадр 329. Средний. 7 метров. Хельмпцкий лежит на спине. Около него три солдата. Один из них обыскивает порт­фель. Выбрасывает поочередно на мосто­вую: пижаму, грязную рубашку, мыло. Первый вынимает пз кармана пиджака до­кумент, подает товарищу. Тот просматри­вает и прячет в карман. Все трое смотрят друг на друга.

Солдат второй: «И что?» Солдат, стоящий на коленях: «Холера!»

Кадр. 330. Укрупненный. 5 метров. Солдат нагибается над лежащим Хельмпц-ким. Тот еще жив. Глаза открыты, но уже уходят в глубину, затягиваются мглой.

Солдат третий: «Человек, зачем убегал?»

Сцена 97. Павильон. «Монополъ», танцевальный зал.

 

Кадр 331. Общий. 15 метров. Котовпч гремит могучим голосом.

Котович: «Громы и молнии!» «Оркестр!» «Привет­ствовать день!»

При гулких звуках полонеза, в полумраке вслед за жестикулирующим Котовичем и

 

Сиффертом двигаются пары между столи­ками в направлении к выходу. За ними на некотором расстоянии толпятся официан­ты и возбужденные смеющиеся судомойки. Кадр 332. Средний. 4 метра. Оркестр гремит, фальшивя всеми инстру­ментами. Только один пианист колотит по роялю без ошибок и с такой силой, как будто хочет его разломать.

Фальшивые звуки оркестра.

 

Кадр 333. Средний (на аппарат). 15 метров. Ритм, ритм, ритм делает свое. Пары вы­тягиваются в длинное шествие, немного как марионетки, вздрагивая и накло­няясь, движутся одна за другой, оди­наковые в движениях, смотрящие перед собой стеклянными невидящими глазами. Медленно в темпе полонеза, вместе с движущейся за ними толпой приближают­ся к выходу. Зал пустеет. Когда зал уже полностью опустел, между столиками вдруг появляется Пененжек, помятый и растрепанный, еще пьяный, несмотря на несколько часов сна, на заплетающихся ногах, жестикулируя в ритм полонеза. В руках держит бело-красный флажок. Марширует по опустевшему залу вслед за другими.

Пепенжек поет: «Польша для нас воскресла!»

 

Кадр 334. Средний. 5 метров. Они идут через зал первыми к выходу. Мигает люстра, которая сонно светила танцующим бесконечное количество раз.

 

 

Сцена 97. Интерьер. Выход из гостиницы «Монополъ».

 

 

Кадр 335. Средний. 7 метров. Уже в гардеробе. Старый гардероб­щик торопливо открывает настежь дверь. Танцующее шествие выходит на площадь. Их встречает ясное утро.

 

 

Сцена 98. Натура. Рыночная площадь перед «Монополем».

 

 

Кадр 336. Общий. 2 метра. День обещает быть отличным. Воз­дух чистый и холодный. Площадь пуста.

Слышен только дале­кий оркестр.

 

Кадр 337. Средний. 6 метров. Котович останавливается. Полонез. Стоит минуту в восхищении. Вдруг во весь голос кричит. С крыши срывается стая голубей и пролетает над головами стоящих.

Оркестр умолкает. Котович: «Велико­лепно! Небывало!» Котович: «Да здрав­ствует Польша!»

 

Кадр 338. Общий. 2 метра. Противоположная сторона рыноч­ной площади — сожженные дома.

Эхо повторяет: «Польша».

 

Кадр 339. Общий. 12 метров. Грязная дорога. Плоский ландшафт. Вербы. Пустынное место.

Конец

Эхо повторяет: «Польша».

 

 

Интересно, что в приведенном фильме последняя сцена сценария не является последней сценой фильма. Фильм заканчивается смертью Мацека Хельмицкого. Эта переста­новка последних сцен уже во время монтажа фильма была сделана с целью перенести финальный акцент с метафо­рической сцены полонеза на полную трагического красно­речия сцену смерти молодого человека.

 




Начало  Назад  Вперед